Реферат: Юрий Лотман. Семиотика кино и проблемы киноэстетики

Лев Толстой, проявлявший большой интерес к первым шагам современного ему дозвукового кинематографа, назвал его"великий немой". Технические условия развития киноискусства сложились так, что стадии звукового фильма предшествовал длительный период дозвукового,"немого" развития. Однако глубоким заблуждением было бы считать, что кино заговорило, обрело свой язык только с получением звука. Звук и язык не одно и то же. Человеческая культура разговаривает с нами, то есть передает нам информацию, различными языками. Одни из них имеют только звуковую форму. Таков, например, распространенный в Африке"язык тамтамов" - система упорядоченных ударов в барабаны, при помощи которой африканские народы передают сложную и разнообразную информацию.

Страх: Семиотика культуры и феноменология (к постановке проблемы)

В первом речь идет о совпадении и наличии всех трех типов значений, и примером может быть любой из широкого круга текстов, например, волшебная сказка, исполняемая в той аудитории, в которой еще живо непосредственное восприятие фольклора. Здесь наличествует определенное языковое сообщение, которое, для того чтобы стать текстом, требует определенной дополнительной выраженности, а тексту присуща некоторая, только им обслуживаемая, культурная функция.

Случай"8" введен для полноты описания - это полное молчание, в том случае, когда оно не несет культурной функции,"2". Это случай, о котором мы уже говорили выше: Чтобы выполнить текстовую функцию, сообщение должно деритуализоваться от прежде обязательных признаков текста.

Ср. о характерности этого мотива: Лотман М. О семиотике страха в русской культуре // Семиотика страха: Сборник статей. Париж; М.: Европа,

ТВ драматургия Анализ книги Ю. Действительно,Юрий Михаилович уделял большое внимание развитию кинематографа в мире и сосуществованию знаков и символов в кино и реалии. Попробуем разобраться — что же такое семиотика и каковы ее практические цели применения в ТВ и кинематографе. Семиотика показывает нам"невидимое и неслышимое" аудио-визуального языка. Семиотика обращает наше внимание на ракурс и композицию, на одежду и цвет. Она говорит о коннотациях образов, которые вы видите на экране, о репрезентациях, значении и идеологии.

Все это - невидимо и неслышимо для"реалистического" в отличии от"дискурсивного" зрителя. Знаками для них являются визуальные образы, слова и звуки, а также: Все это работает на то, чтобы передать"читателю" определенное значение, мораль. Весь этот телевизионный образ, передающийся по слуховому, зрительному и психомоторному движения на экране каналам - это означающее, а идея того, что нам хотят сказать,"ментальная концепция" - означаемое. Многие исследователи указывают, что в аудио-визуальных искусствах связь означающее-означаемое очень короткая.

То есть, изображение розы и представление о розе фактически идентичны друг другу в момент восприятия фильма. Монако,"Как читать фильм", С. Читатель фильма, в отличие от читателя книги, не воображает себе образ, но и тот, и другой должны интерпретировать его.

Юрий Лотман - Статьи по семиотике культуры и искусства Социопсихологические исследования приводят к выводу, что совершению преступления должно предшествовать изменение личности и установки поведения человека, и есть все основания полагать, что театр и шире - всякое искусство работает в прямо противоположном направлении. Говоря в самом общем виде, психология преступления заключается в превращении другого человека в объект, то есть в отказе ему в праве быть самостоятельным и активным участником коммуникации.

При всем различии идей и обстоятельств, как для нацистского преступника уничтожение заключенных есть мероприятие, то есть деятельность, направленная на безликий объект так и для Раскольникова старуха процентщица - объект, деталь в цепи его рассуждений, а не личность, с которой возможно общение.

Юрий Лотман - Семиотика кино и проблемы киноэстетики .. полное изгнание страха и утверждение чести как основного законодателя поведения.

Много лет назад мое увлечение филологией и культурологией в значительной степени началось с работ Юрия Михайловича Лотмана. И если за эти годы я постепенно пришел к выводу, что тартуский структурализм был во многом основан на заблуждении, это понимание не было для меня легким. Тем не менее, несмотря на восхищение Лотманом как человеком и ученым, следует сказать столь однозначно, сколь это вообще возможно: Дело не только в том, что она оказалась неэффективной при рассмотрении многочисленных форм взаимосвязи между текстом и окружающим культурным и социальным пространством, и не только в ее неспособности обеспечить адекватную теоретическую основу при анализе огромного и разнородного материала, собранного исследованиями культуры в последние десятилетия.

Существует и более глубинная причина, так сказать, логико-генеалогического свойства: Современное понимание гетерогенности пространства литературы и контекстуальной обусловленности его значимых элементов находится в радикальном противоречии со структуралистским представлением о языке как обладающем двойным членением, предзаданным набором смыслоразличительных оппозиций и возможностью проведения коммутационного теста с целью идентификации последних1. Помимо этого, структуралистам так и не удалось выявить в литературных текстах стабильных синтагматических последовательностей, соответствующих изначальным предсказаниям.

Теория семиотического кода, предложенная Умберто Эко, также оказалась неспособной разрешить накопившиеся противоречия2. Возможно, что именно в свете этих неудач и была создана лотмановская лингвистическая модель литературы, подразумевающая крайне широкое определение языка, — последняя из значимых моделей структурализма. Во-первых, как структуралисты часто подчеркивали, она выделяет автономный объект литературного анализа, поиски которого были ключевыми для литературоведения еще со времен формалистов.

Во-вторых, она очерчивает общую семиотическую перспективу — на первый взгляд, ясную и внутренне последовательную, — в рамках которой конкретные эмпирические проблемы и находки могут быть проанализированы3. В-третьих, она обеспечивает критика набором лингвистически ориентированных аналитических инструментов, которые считаются универсально применимыми и, таким образом, могут использоваться почти автоматически, безотносительно к уровню общей компетентности аналитика4. И поэтому нет ничего удивительного в периодическом возвращении интереса к лингвистической модели литературы, особенно в той форме, в которой она была сформулирована структуралистами.

Ю.М.Лотман

Добавить книгу Полезные советы Скачивайте книги в формате , так как этот формат понимают практически все ридеры. К тому же, в нашей библиотеке все книги в формате уже имеют встроенные русские шрифты, что позволяет читать их даже на не русифицированных ридерах.

От составителя. От редакции «Русского журнала» Михаил Лотман. Тартуский университет. О семиотике страха в русской культуре.

Успенскому От издательстваЛотмана представляет его как основателя московско-тартуской семиотической школы, автора универсальной семиотической теории и методологии. Работы в этой области, составившие настоящий том, принесли ученому мировую известность. Публикуемые в томе монографии"Культура и взрыв" и"Внутри мыслящих миров" , статьи разных лет, по существу, заново возвращаются в научный обиход, становятся доступными широким кругам гуманитариев. Книга окажется полезной для студентов и педагогов, историков культуры и словесников, для всех, кто изучает глубинные явления культуры.

Успенскому от 19 марта г.

Ю. Лотман."Избранные статьи" / Ю.М.Лотман ТОМ Статьи по семиотике / ЧастьЮ.М.ЛОТМАН Семиосфера. Культура и взрыв

Основные его исследования были посвящены семиотике культуры, семиотике поведения и языку кино. Человеческая культура разговаривает с нами, то есть передает нам информацию, различными языками. Одни из них имеют только звуковую форму. Таков, например, распространенный в Африке"язык тамтамов" — система упорядоченных ударов в барабаны, при помощи которой африканские народы передают сложную и разнообразную информацию.

Символика Петербурга и проблемы семиотики города.. 9"Езда в Западная культура XVII в. создала не только атмосферу страха и.

Так, например, половое влечение как потребность принадлежит природе, но после того, как оно подчиняется дополнительным запретам запреты на родство, место и время, по принципу наличия — отсутствия церковной или юридической санкции и пр. С психологической точки зрения, сфера ограничений, накладываемых на поведение типом культуры, может быть разделена на две области: В определенном смысле это может быть сведено к тривиальному различию юридических и моральных норм поведения.

Однако такое отождествление объясняет далеко не все. Однако и крестьянский мир внутри себя организуется стыдом. По отношению к барину допустимы действия, которые внутри крестьянского мира считаются стыдными. Описания, основанные на выделении норм, нарушение которых в данном коллективе стыдно, и тех, выполнение которых диктуется страхом, могут стать удобной основой для типологических классификаций культур.

Соотношения этих двух типов нормирования поведения человека в коллективе могут существенно варьироваться. Однако наличие обоих и их различение, видимо, существенно необходимо для механизма культуры. Можно гипотетически выделить три этапа в их историческом соотношении: Превращение физиологии в культуру регулируется стыдом. Стыд регулировал то, что было общим для всех людей, а страх определял их спецификацию относительно государства, то есть именно то, что на этом этапе казалось культурно доминирующим.

Каждая из этих групп рассматривает себя как единицу с более высокой организацией, чем та, которая регулирует поведение всех остальных людей.

Семиотика - Лотман Ю.М. - Культура и взрыв [1992, /, ]

Технические условия развития киноискусства сложились так, что стадии звукового фильма предшествовал длительный период дозвукового,"немого" развития. Однако глубоким заблуждением было бы считать, что кино заговорило, обрело свой язык только с получением звука. Звук и язык не одно и то же.

Юрий Михайлович Лотман стал классиком при жизни. серия «Труды по знаковым системам», а в обыкновенном сокращении — «Семиотика».

; ; , .

Юрий Лотман - Статьи по семиотике культуры и искусства

Внутри мыслящих миров Статьи. Заметки — Редакторы Н. Шпак Компьютерная верстка С. Пилипенко Компьютерный набор Г. Подписано в печать

5 Ю. М. Лотман, Сюжетное пространство русского романа XIX столетия, циироваться с репликой Николая Петровича к брату, выражающей страх ста -.

: , . - , . ,Тексты поведения Статьи настоящего раздела впервые были опубликованы в следующих изданиях: Летней школы по вторичным моделирующим системам, 17—24 авг. В этнографии и социологии после работ Леви-Строса утвердилось определение культуры как системы дополнительных ограничений, накладываемых на естественное поведение человека.

Так, например, половое влечение как потребность принадлежит природе, но после того, как оно подчиняется дополнительным запретам запреты на родство, место и время, по принципу наличия — отсутствия церковной или юридической санкции и пр. С психологической точки зрения, сфера ограничений, накладываемых на поведение типом культуры, может быть разделена на две области: В определенном смысле это может быть сведено к тривиальному различию юридических и моральных норм поведения.

Однако такое отождествление объясняет далеко не все. Именно в этой области классовые характеристики культуры проявляются особенно резко: Однако и крестьянский мир внутри себя организуется стыдом.

Ю. Лотман. Теория знаковых систем

, , . , , .

участников тартуско-московскои семиотической школы. Он содержит . талантливый исследователь делает на свой страх и риск, прола- гая дорогу и.

В первом речь идет о совпадении и наличии всех трех типов значений, и примером может быть любой из широкого круга текстов, например волшебная сказка, исполняемая в той аудитории, в которой еще живо непосредственное восприятие фольклора. Здесь наличествует определенное языковое сообщение, которое, для того чтобы стать текстом, требует определенной дополнительной выраженности, а тексту присуща некоторая, только им обслуживаемая, культурная функция.

Чтобы выполнить текстовую функцию, сообщение должно деритуализоваться от прежде обязательных признаков текста. Так, в определенные моменты например, в русской литературе после Гоголя художественный текст, для того чтобы восприниматься как искусство, должен был быть не поэзией текст с выраженными признаками отличия от нехудожественной речи , а прозой, в которой это отличие выражено нулевым показателем. Условием высокой семиотичности текста в этом случае становится выведение его из привычных норм семиотичности и внешняя десемиотизация.

Там, где функцию текста могут выполнить лишь сообщения без текстовой выраженности, ритуализованные тексты теряют способность выполнять функцию, для которой предназначены: Текст не содержит в себе общеязыкового сообщения. Противоположным будет случай, когда непонятное и незначительное субтекстовое сообщение не может стать текстом, то есть получить смысл культурной ценности. Так, например, культурную функцию некоторого текста можно выполнить, только будучи другим текстом.

Возможность отделения функции от текста подводит нас к выводу о том, что описание культуры как некоторого набора текстов не всегда обеспечивает необходимую полноту.

Мозг. Семиотика